bogsvamy пишет: "В Карпатах "канадская" осень. Прохладный, почти холодный воздух, синее небо, и звенящая умиротворенная тишина. Природа согласилась на увядание, и перед последним шагом в небытие некая пауза тишайшая в себе и для себя."
почти в эти дни был там год назад (чуть позже).
Если здесь вот туман опускается росой в холодную траву, там туман в это же утреннее время поднимался над горами, струйками вливаясь в рождающиеся облака.
И трава была удивительно зеленая. Поднималось холодное солнце, свет двигался по склону.
Жаль, нет названия для освещенности, как чего-то отдельного от мест, - есть название лишь для теней.
Потом ели горьковатый салат с огорода, а свами говорил, как, мол, по-разному мы всё видим. Разные миры. Только язык, мол, делает этот мир одним для нас, общим.
Разные. Меня вот больше удивляло, сколь обще то, что мы видим, сколь универсально и вне-личностно даже то, что мы ощущаем как своё, субъективное, - свет, цвет, пространство.
Когда я схватываю эту мысль, я должен удерживать ее, не мчаться к каким-то выводам, не спешить строить моделей, - хотя бы в мышлении надо научиться не вышвыривать себя из того, что есть, в мнимости.
Неспешный, "в ритме жизни", в ритме судьбы диалог, где разные грани понимания, кажущиеся несовместимыми, идут как бы контрапунктом.
Потому что схвативший понимание и сам схвачен им, что закрывает его для других ракурсов.
раскрыться, не теряя, - искусство, - надо учиться, не можем.
Потом думали, как готовить рис. "Можно и на плитке", - говорил я. Но Нико решительно посадил меня смотреть какой-то фильм ("Достучаться до небес", кажется), а сам занялся печкой.
Потянуло дымком, можжевельником.
Это не память как некие химические следы в нейронах. Я сейчас и здесь, и здесь.
Сила, которая придает формам реальность, ещё не покинула этих образов.
птималь